Институт проблем правоприменения провел первый этап исследования российского судейского сообщества как профессиональной группы. Он включал социологический опрос(анкетирование), в котором приняли участие 520 судей(418 общей юрисдикции и 102 мировых) из пяти регионов. Статистическая проверка надежности результатов опроса позволяет говорить о том, что данные выборки характеризуют и профессиональную группу в целом. Исследование дает представления о структуре профессионального сообщества, ценностях и профессиональных нормах, нагрузке, особенностях принятия решений. В нескольких статьях этой рубрики будут представлены первые обобщения.
Если бы финал этой истории не произошел непосредственно на моих глазах, я бы думала, что так бывает только в анекдотах. Итак, есть некоторое контрольное ведомство, одно из примерно трех десятков, имеющих право«нагибать и кошмарить» бизнес. Называть я его не стану, потому что во многих отношениях это ведомство почти образцовое. Компактное, с достаточно, что называется,«продвинутым» начальством, всерьез озабоченным эффективностью собственной работы, и даже крайне мало — по средним для страны меркам, конечно, — коррумпированное. Не силовики. Не долболомы. У сотрудников в массе лица приятные.
Когда мы говорим о верховенстве права, какое право имеется в виду? Скорее всего по умолчанию предполагаются законы, устанавливаемые государством и применяемые судами. Это действительно так, если формальное право укоренено в обществе и граждане принимают его в расчет при ведении дел или решении конфликтов. Но если в обществе наблюдается правовой плюрализм, т. е. сосуществование или даже конкуренция различных правовых порядков, то реализация верховенства права затруднительна, а сам принцип логически несостоятелен.
Регулирование авторских прав в интернете — очень острый вопрос. С одной стороны, все согласны, что свободный и открытый доступ к информации является важнейшим условием развития общества в современном мире. С другой — и с этим тоже не поспоришь — авторские права в интернете нарушают если не все поголовно, то регулярно и повсеместно. Регулирование авторских и смежных прав за последние полтора десятилетия должно было бы измениться столь же радикально, сколь и вся сфера производства и передачи текста, изображения, звука. Но этого не произошло, мы продолжаем жить в начале XXI в. по законам, адекватным технологии середины XX в. Если раньше правообладатели могли получать доходы от создания и продажи материальных копий, а копирайт был направлен на защиту интересов предпринимателей, купивших право на создание копий, от посягательств других, то с развитием интернета пользователи получили возможность практически неограниченно обмениваться друг с другом информацией без посредников. Как следствие, возникает вопрос о том, кто должен нести ответственность за нарушение авторских прав. Самый очевидный ответ — те, кто нарушает авторские права, и должны отвечать, т. е. пользователи.
В спорах о защите авторских прав в интернете мало кто обращает внимание на существование большой группы авторов, которые сознательно не хотели бы пользоваться теми законодательно закрепленными авторскими правами, которые в соответствии с положениями Гражданского кодекса возникают автоматически, независимо от воли автора. Теоретически сам автор может составить оригинальный лицензионный договор и определить, каким образом можно использовать созданное им произведение. На практике дело это сложное и дорогостоящее и требует специальных навыков. Если же специального договора нет, то, даже если автор открыто заявляет о том, что его произведение можно распространять свободно на определенных условиях, правовые проблемы у пользователей все равно возникают.
Среди увольняемых в последнее время милицейских генералов значительная часть — руководители вузов, существующих в составе МВД. В числе прочего это связано с реформой институтов и университетов, работающих в составе правоохранительной системы. Существующая система вузов МВД ориентирована на то, чтобы в идеале каждый сотрудник правоохранительных органов являлся выпускником профильного (ведомственного) вуза. Таким образом, возникают программы подготовки милицейских (вскорости, видимо, полицейских) психологов, бухгалтеров, экономистов и т. д. (встречаются и экзотические специализации типа историков и переводчиков). Текущая реформа вузовской системы предполагает значительное уменьшение количества вузов МВД и сокращение приема в оставшиеся.
Обвинительный уклон в российских судах стал предметом обсуждения и критики. Не только независимые эксперты, но и президент России, и председатель Конституционного суда неоднократно высказывались о том, что доля оправдательных приговоров служит показателем качества правосудия, подразумевая, что эта доля мала. Формально такая оценка применима только к уголовному судопроизводству, но из-за отсутствия обязательной специализации в судах первых инстанций она воспринимается как оценка работы всей системы судов общей юрисдикции.
Изменения, внесенные в начале марта в Уголовный кодекс, замечательно демонстрируют особенности современного российского законотворчества в его либерально-модернизационном изводе. Схема как на ладони: правильные намерения, крохотный масштаб реальных изменений, небрежное исполнение и много-много реформаторской пыли в глаза. Большая часть изменений — а исправлению так или иначе подверглись 115 статей Особой части УК, примерно каждая третья (Особая часть УК содержит определения конкретных правонарушений и санкции, в то время как Общая часть прописывает общие принципы уголовного законодательства), — сводится к исключению из них нижних границ назначаемых сроков наказаний. К примеру, если раньше в ч. 1 статьи 162 «Разбой» была прописана санкция «от трех до восьми лет» лишения свободы, то теперь будет просто «до восьми лет». Судья, таким образом, получает больше свободы: может назначить более мягкое наказание.
Высший арбитражный суд РФ отклонил апелляцию Всероссийской государственной телевизионной и радиовещательной компании на решение об отказе взыскания с социальной сети«В контакте» 3 млн руб. Во столько ВГТРК оценила размещение на пользовательских страницах фильма«Охота на пиранью». Это важный прецедент по решению конфликта в области защиты интеллектуальных прав собственности в интернете. Он должен переориентировать правообладателей типа ВГТРК на креативные коммерческие решения в области интернет-торговли, вместо того чтобы бросать все силы на судебные преследования.
Институт проблем правоприменения провел исследование«Эффекты, механизмы и локализация плохих институтов в российской экономике» по заказу медиахолдинга«Эксперт» и Института общественного проектирования. Задача исследования состояла в том, чтобы локализовать плохие институты — понять, в каком сегменте экономики они преобладают, а также оценить их негативный эффект, выраженный в дополнительных издержках и завышении цен на товары и услуги в России. Для этого было проведено сопоставление российских цен на базовые товары и услуги со странами Западной и Восточной Европы и США с поправкой на заработную плату и разницу в производительности труда в этих странах. Выяснилось, что в России существенно дороже а) те блага, которые связаны с доступом к земле и строительством(жилая и коммерческая недвижимость, гостиницы, объекты торговли); б) те блага, спрос на которые формируют предприниматели(офисная недвижимость, кредит, отчасти отели). Блага, которые потребляет население в целом, находятся на сопоставимом(среднем) уровне цен и доступности с учетом более низкой российской производительности труда. Экспертные интервью с собственниками или руководителями бизнеса в соответствующих отраслях показали, что наиболее существенные потери от плохих институтов возникают там, где предприниматель вынужден проходить через разрешительные процедуры, в первую очередь через процедуры, так или иначе связанные с правом на возведение или возможность использования зданий и помещений.